"Как коротки с милым майские нооочи..."
Солнечный зайчик прилёг на паркете,

Ловко вплела ленты в девичьи косы,
Босо бежит по росистому полю...

"Раннее утро пускай меня спросит:
Что же сердечко так тянет на волю?.."

Запах цветов ищут девичьи руки,
Смотрят, качаясь, кокетки-ромашки, -

"Будем сегодня твои мы подруги,
Тайну доверь нам, гадай же, Наташка!.."

Рвётся сердечко узнать свою долю,
Шепчут с наивностью девичьи губы,

Имя летит с лепестками по полю, -
"Любит - не любит, любит - не любит..."

Ирина Прошутинская
Действующие лица: Мозг, Сердце, Совесть.

Мозг:
Сердце, тебе не хочется покоя?
Гипертония не страшит?
Ну что с тобой опять такое?

Сердце:
Ах, Мозг, ну как теперь мне жить?
Я, кажется, опять влюбилось…

Мозг:
Я так и думал! Вот напасть!

Сердце:
Тебе такое и не снилось!
Я без Него могу пропасть.
Так сладко-больно замираю,
Когда ОН смотрит ЕЙ в глаза…
Знак аритмией посылаю,
Что без любви прожить нельзя.

Мозг:
Ну что за глупости и сказки?
Вот я спокойно без любви
Живу без нежностей и ласки…

Сердце:
Как одиноки твои дни!..
Ах, Мозг, ты холодно-прекрасен,
Расчетлив, взвешен, и подчас
Твой приговор суров и страшен…

Мозг:
Лишь Совесть, друг, рассудит нас!

Сердце:
О, нет, ее будить не стоит,
Она меня заест совсем.
Против меня всегда вы двое…

Мозг:
Ну что ж, я буду глух и нем.
Люби и бейся безрассудно,
Тебе не буду я мешать,
Но если станет очень трудно,
Мне будет нечего сказать!

Совесть (спросонья):
Ну что вы спорите напрасно,
Что суждено тому и быть.
Добавлю лишь: любить опасно,
Ведь сердце могут и разбить.

А мы с тобой который год
блаженствуем в плену у лета,
где паучок с небес крадёт
лучи для кружев золотого пледа.
Нежнейших слов цветная карамель
с медовым вкусом шёлкового луга.
Кружа над нами, заставляет шмель
тесней прижаться нас с тобой друг к другу.

Жара спадёт, как мой наряд
полупрозрачного шифона.
Все одуванчики подряд
ты переплёл в душистую корону.
Волшебных нот бальзам невдалеке
льют перезвонной медью колокольцы.
Скользит, едва касаясь, по щеке
твоя рука, соперничая с солнцем.

В настое трав хмельной ночи,
устав от звуков оголтелых,
закрыв глаза, вдвоём молчим,
подслушивая ветра бег по телу.
Испить бы птиц воркующую страсть,
а нашу примитивность в гнёзда им бы.
Не суждено. На то и жизни власть
нести свои над головами нимбы.

У лета ночь короткая, как миг,
как свежесть ослепительного утра,
в котором солнце открывает лик,
вуаль снимая в стразах перламутра.