Маша познакомилась с Шарлем после очередного кошмарного романа, превратившего психику двадцатичетырехлетней сотрудницы адвокатского бюро в пылающие руины. Ей больше не хотелось нудных разборок, а хотелось настоящего мужчину, и она нашла его на Фейсбуке. У Машки там фотография – ну вылитая Дженнифер Лопес: глаза, губы, попа – закачаешься. В жизни она тоже ничего, только ростом маленькая. Такая хорошенькая куколка с грудным голосом. Однако, ни попа, ни голос француза не зацепили. Уж бог его знает, почему. Пока в сети трепались, воде, нравилась, а как приехала к нему во Францию, так куда весь огонь девался – неизвестно.
Но француз оказался – ничего, порядочный. Целую неделю Машу по луврам водил, город показывал. И обратную дорогу, можно сказать, оплатил. Он вел самолет, летевший из Парижа в Москву – чартерный рейс, заказанный какой-то европейской корпорацией. Маша сидела в кабине пилота и, открыв рот, смотрела на облачные замки, плывущие мимо. Иногда косилась на красивые руки Шарля и мечтала, что он предложит ей встретиться еще разок. Ведь каких только чудес не случается.
И Шарль предложил. Он вдруг посетовал, что никогда в жизни не пробовал черной икры, а хотелось бы. Может она, Маша, сводит его с парой коллег в какой-нибудь российский ресторан, где подают этот деликатес?
Конечно, никакого романтического подтекста в его предложении не было. Пара коллег – это второй пилот и грудастая бортпроводница. То есть предполагалась дружественная обстановка без намека на уединение. Но Маша согласилась. Лучше маленькая, но надежда, чем большое и отчаянье.
Договорились, что часов в пять вечера она позвонит Шарлю и скажет, куда подъехать. Расстались в аэропорту, маскируя неловкость, безудержной веселостью, и Маша отправилась отсыпаться. Со всеми перелетами она бодрствовала почти двое суток и на ногах держалась только благодаря адреналину, выделяемому разбитым сердцем.
Родственников у Маши в Москве не водилось, поэтому она заранее договорилась со своей подругой, что остановится на пару дней в квартире ее бывшего парня. У него была «двушка» в Новых черемушках, куда он возвращался только переночевать, а все остальное время пахал на ниве отечественного ритейла.
Рано утром подружкин парень, которого звали то ли Костик, то ли Вадик, встретил Машу на пороге своей неухоженной квартиры, сунул ключи, попросил не устраивать потопов и пожаров и умчался на работу. А Маша легла спать, поставив будильник на одиннадцать утра – до пяти вечера как раз бы хватило время, чтобы найти ресторан с икрой. Но, похоже, если уж начинает не везти с каким-нибудь мужчиной, то не везет до самого расставания. Маша проснулась в 15.30 и поняла, что безнадежно проспала. Наверное, переживания последней недели сделали ее глухой к звонкам будильников.
Она вскочила, заметалась, начала обзванивать столичные рестораны в поисках этой чертовой икры, но не тут-то было. Все белуги и осетры разом объявили байкот и перестали нереститься. Красная – пожалуйста, в любом супермаркете продается, а черная – только под заказ, за 24 часа.
Без пятнадцати пять Маша поняла, что если у нее и была слабенькая надежда на продолжение отношений с мужчиной ее грез, то она только что умерла. И даже начала разлагаться. Без черной икры звонить ему не имело никакого смысла, поэтому Маша отключила телефон, оделась и отправилась бродить по Москве.
Правда, ушла она не далеко – до ближайшего парка. Взяла напрокат лодочку и долго каталась, роняя слезы в зеркало Воронцовского пруда. А когда стемнело, вернулась домой. Вернее, в квартиру подружкиного парня. Маша решила провести там еще одну ночь, и наутро ехать на вокзал за билетом.
Дома было пусто. Хозяин еще не появлялся или уже куда-то ушел. Маша включила чайник и заглянула в холодильник - она еще с утра оставила там кусочек колбаски. И вдруг видит, что рядом с ее колбаской стоит литровая баночка. А на полиэтиленовой крышке записка – «Съешь меня». Маша банку открыла, понюхала, лизнула – икра! Настоящая черная икра! Целый литр.
Села она на подвернувшуюся табуретку, взяла столовую ложку и начала есть. Рыдает, тушь по щекам размазывает и ложку за ложкой икру уговаривает. Оглянуться не успела, а половины банки как не было.
Дальнейшее представить не сложно – Маше стало плохо. Хоть на стенку лезь. Живот болит, голова раскалывается и рвет, точно Штирлица на Родину. Тут она на полном серьезе решила, что пришел ей конец. Черная икра сделала свое черное дело. Прощай Париж, прощай Шарль – нам не суждено быть вместе…
К счастью, когда Маша, теряя сознание, сползала по унитазу, вернулся подружкин парень. Сгреб свою непутевую квартирантку в охапку, сунул в машину и отвез в ближайшую больницу. Там ей сделали промывание желудка и попросили больше не есть икру банками. Даже черную. Даже с большого горя. Потому как у Маши какая-то хитрая непереносимость этого продукта, и если бы не Костя, а парня, как выяснилось, звали Костей, не видать ей не только Парижа, но и Москвы с Рио-де-Бабяково в придачу.
- Где же вы столько икры взяли? – подивился врач, когда спасенная Маша уже лежала под капельницей. – Ее, вроде, даже в легальной продаже сейчас нет…
- Это я от родственников привез. Они только что с Астрахани вернулись. – Объяснил Костя, который не отходил от Маши ни на минуту. – Она весь день рестораны обзванивала – икру искала, я в это время дома был – заскочил кое-какие документы забрать, в комнате сидел, все слышал.
Когда же расстроенная Маша ушла гулять по городу, Костя подорвался и слетал к родственникам за икрой. Кто же знал, что девушка одна разом полбанки скушает! Хорошо, хоть от друзей не поздно вернулся – успел спасти от верной смерти.
Когда Маша рассказывала мне с приятельницей эту историю, я даже не знала – смеяться или сочувствовать. Но, наверное, правильнее было бы смеяться. Потому что через полгода Маша вышла замуж. За Костю. Надо к ним в гости съездить. В Новые Черемушки.
Про Машу и черную икруhttp://snovazima.livejournal.com/55523.html
